Среди побочных эффектов коварного вируса, борьбой с которым было занято человечество, вроде бы не значились безостановочные галлюцинации, тем более у тех, кто официально не числился подхватившим его. Тем не менее, жители южного города с удивлением наблюдали за ежедневными откровениями галлюцинирующих детей интернет-подзаборья. Засели эти дети в самых разных странах, правда, на птичьих правах. Кстати, предметом широкой дискуссии был вопрос: что эта за птица, на правах которой они там ошивались? В частности, звучало мнение, что птица эта петух. Уж больно много было схожестей между утренним «кукареку» и интернет-эфирами злобствующих фейко-метателей.

К примеру, додумались эти бастарды интернет-блоггинга взять себе в кумиры, предмет для подражания, в уездные предводители команчей господина, известного в южном городе под самыми различными не литературными псевдонимами. Например, под псевдонимом Унитаз Паскуд. Подобное погоняло бывший владелец ломбарда, эксперт в области скупки и продажи краденого, жизненным  кредо которого  было правило «хороший понт — дороже денег», заработал не на ровном месте. То были сомнительные доходы многолетних попыток Паскуда пропетлять между струйками, надевая то маску ярого и оголтелого сторонника власти, то маску еще более ярого и оголтелого ее критика.

Понять этого понтогона, любителя дорогих спортивных костюмов нелепо смотрящихся на его заплывшей жиром фигуре, увешанного цепочками и браслетами, словно новогодняя елка гирляндами, было можно. Он ведь с юности привык ходить по краю пропасти, берясь за все, что сулило большую прибыль. Продавать все и всем — это его стихия. Но, она в итоге не принесла Паскуду ожидаемых миллионов и обеспеченной старости. Он «нажил» неприятности. Обладая сверхъестественным чутьем и понимая, что обманутые им люди могут начать его бить, возможно ногами, южногородскй понтогон решил как-то посетить митинг местной оппозиции.

Собралась она, помнится,  аккурат перед зданием южногородской мэрии. Оппозиция традиционно прокричала заранее заготовленный текст, пообещала бороться за демократию и разошлась, как говорит один местный интеллектуал, на свои восвояси. И было бы все буднично и жалко, если бы на этом митинге не объявился Паскуд. Держал он в руках плакат, на котором были написаны слова рабской преданности к руководству южного города. А чтобы эффект был большим, Паскуд решил сопроводить свой выход звонким «кукареку». Также, естественно, долженствующим показать неприятие южногородским понтогоном и владельцем ломбарда идей оппозиции и его жажду занять первые места в очереди апологетов власти.

Правда, Паскуд, ввиду своей постоянной тяги не к знаниям, а к приключениям на разные части тела, не знал значения слова апологет и вполне мог счесть это оскорблением. Но, это так — штрихи к портрету предмета возбуждения детей интернет-подзаборья. Он, не обретя ожидаемых дивидендов от своего «кукареку» на митинге оппозиции, умудрился убежать из южного города. Осел он в одной из дружественных стран, на съемной квартире, откуда и стал выходить в интернет-эфир, что называется, переобувшись на лету.

Да, сменив одну маску на другую, теперь Паскуд стал апологетом оппозиции, критиком власти, то есть, превратившись в лицо нетрадиционной политической ориентации. Такая неразборчивость в выборе политических партнеров, впрочем, совсем не смущала ни самого беглого южногородского понтогона, ни детей интернет-подзаборья. Они лепили нового «героя», из палок и пахучей субстанции, даже не обращали внимания на то, что их кумир уже обзавелся погонялом Унитаз Паскуд .

Они пускались в рассказы, после прослушивания которых было очевидно, что медицина тут уже бессильна. И все бы ничего, но пришли в конечном итоге за бывшим владельцем ломбарда правоохранители страны его пребывания. Ведь, вопросы к нему, убежавшему из южного города в страхе расплаты за скупку и продажу краденого, остались. Для широкой дискуссии на эту тему носителя «творческого псевдонима» Унитаз, решено было вернуть в родные пенаты. О, что тут началось!

Члены кружка фанатов Паскуда по несколько раз в день стали выходить в эфир, дабы сообщить о том, что ему опять что-то якобы поломали, куда-то и что-то засунули. Это было то самое «кукареку», в котором Паскуд знал толк и которому он, судя по всему, успел научить детей интернет-подзаборья. Причем, кукарекая на весь мир, они умудрялись путаться в показаниях, называя медсестрой лицо мужского пола. В общем, все это было не только жалко, но и комично. Особенно после того, как в результате мыслительных потуг фанатов Унитаза, появилась поистине льстящая его самолюбию галлюцинация.

Мол, возвращают Паскуда на Родину не просто так и не потому, что он должен ответить перед законом за скупку и продажу краденого, а в рамках развития отношений между двумя дружественными странами и достигнутого  соглашения о выделении южным городом многомиллионного кредита своим стратегическим партнерам. Дети интернет-подзаборья, услышав о таком соглашении, бросились к компьютерам и поспешили выдать плоды своих галлюцинаций за доказанный факт. Цена на южногородский Унитаз, в их фантазиях, взлетела до небес.

Она оказалась большей, чем ВОЗ выделял многим государствам на борьбу с коверным вирусом. Уверен, что сам Паскуд готов был продаться за тысячную часть этой суммы. Но его готовность, как и галлюцинации детей интернет-подзаборья, не имели к истине никакого отношения. Южногородский Унитаз в реальности не стоит ничего. От слова совсем. Такова же цена и членов его кружка. Какие бы они фантазии, галлюцинации и глупости не озвучивали, сотрясая всемирную паутину своим традиционным «кукареку».