Квартирный вопрос испортил не только москвичей, но и жителей одного южного города. Особенно, тех его представителей, что носили при себе удостоверение журналиста. Правда, таковых были многие тысячи. Словно решив весьма оригинально трактовать грустные рассуждения Остапа Бендера о необходимости переквалифицироваться в управдомы, по причине неспособности стать новым графом Монте-Кристо, в южном городе давно уже шел процесс переквалификации в журналистов. Задействованы в нем были посредственности и приспособленцы разного уровня наглости, нахрапистости, профессий, возраста и пола.

Они давно уже потеснили, своим огромным и все растущим количеством, настоящих профессионалов, что на протяжении десятилетий доказывали неподкупность, честность, справедливость. Самое интересное, что они решили подменить само представление о качестве журналистики. Пропаганда глупости, склок, скандалов, слухов, непроверенной информации подмяла под себя качественную аналитику, хороший слог, работу с первоисточниками и ответственность за каждое опубликованное слово.

При этом, отряд посредственностей и приспособленцев, чувствуя свою многочисленность и явно надеясь перекричать кого угодно и где угодно, стал требовать к себе почтения, уважения и, соответственно, всяких ништяков. Просто мелькания на телеканалах, где одни приспособленцы и посредственности интересовались мнением других приспособленцев и посредственностей, было мало. Да и государственной поддержки никому не интересных СМИ, во главе которых стояли члены данного отряда, им также было не достаточно.

Душа рвалась к чему-то более весомому. Например, к квартирам в журдомах. Изначально инициатива была хорошая — построить для настоящих профессионалов, не имеющих своего жилья, дома. Но, нет такой инициативы, которую бы не в состоянии были бы изуродовать амбициозные южногородские посредственности! Они восприняли само появление таких домов, как повод для бескомпромиссной борьбы за квадратные метры. Начался поиск подходов к «группе в полосатых купальниках», которая распределяла это жилье.

Имена этой троицы были у всех на устах — Вели Газанов, Вульгар Сярфяли, Афтафан Камышев. Это они осуществляли общий контроль над южногородской прессой, поощряя бездарностей и «топя» профессионалов. Это они распределяли государственные средства на поддержку прессы среди лояльных изданий. Это они использовали приспособленцев в своих интригах, схватках на высоком уровне. Это они получили право контролировать обеспечение журналистов жильем.

Напрасно профессионалы кричали о том, что распределять квартиры в этих домах нужно через выдачу льготных банковских кредитов, через ипотеку. Голоса тех, кто рассуждал здраво и предвидел обесценивание хорошего начинания, были заглушены свистом приспособленцев. Они решили пойти кратчайшим путем, локтями расталкивая всех, в том числе и себе подобных. В итоге, квартиры в первых двух журдомах получили владельцы роскошных вилл и дорогущих авто, любовницы и родственники «группы в полосатых купальниках», заслуженные посредственности южного города.

При этом, трио прихвостней, курировавших этот процесс, согласилось на то, чтобы несколько квартир все же достались настоящим профессионалам. Ими, грубо говоря, прикрылись, аки фиговым листком. Мол, смотрите, мы не совсем голые, вон кто получил квартиры — люди с кристальной репутацией. Посредством этого маневра Газанов, Сярфяли и Камышев надеялись обрести индульгенцию на уже осуществленные и будущие махинации. Но, их планам не суждено было сбыться. Сняли в один прекрасный день со всех должностей этих господ. С позором, замечу, сняли. Но, без конфискации всего нажитого непосильным трудом имущества.

Скажу больше. На первом этаже журдома продолжал функционировать образовательный центр жены господина Газанова. А тем временем, закончилось строительство третьего журдома. Естественно, что устранение «группы в полосатых купальниках» не привело к устранению отряда приспособленцев и посредственностей. И вот теперь, оставшиеся ранее без квартир члены этого отряда стали бить во все барабаны, требуя отобрать жилье у себе подобных, для передачи им. Постулат «грабь награбленное» заиграл новыми красками.

В списке тех, кто сейчас жаловался на происки «группы в полосатых купальниках» ради получения квартир в журдоме, были господа, снискавшие славу рэкетиров, отсидевших тюремный срок. Да и иными чудесными персонами, что успели прогреметь на весь южный город тиражированием лжи, легко снимаемой за мзду, этот список кишел. В нем вообще была пара-тройка настоящих журналистов, не более. И тому было объяснение.

Ведь, устранение трио Газанов-Сярфяли-Камышев не означало устранения всего их богатого наследия. Слишком долго пресса жила по установленным ими правилам. Соответственно, было наивно надеяться на то, что выздоровление произойдет быстро. Нужны были годы лечения, которое необходимо начинать с выбора профессиональных докторов, которые бы прописали правильный курс лечения, включающий уколы свободы слова. Тогда, по окончании всего этого курса, вылечится вся южногородская пресса. Ее представителей будет меньше, но то будут реальные профессионалы и порядочные люди. Труд которых вернет доверие к «четвертой власти», а значит и повысит читательский интерес, увеличит доходы изданий. И тогда квартирный вопрос уже не будет мучить южногородских журналистов. Ибо, их доходы позволят покупать жилье. Особенно, если льготные кредиты для представителей этой профессии, после ее очистки от посредственностей и проходимцев, все же будут внедрены.