На днях стало известно, что Евросоюз продлил мандат спецпредставителя ЕС по Южному Кавказу и кризису в Грузии Тойво Клаара еще на 12 месяцев — до 28 февраля 2022 года. Об этом сообщила пресс-служба Совета Европейского союза.

Ранее сообщалось, что специальный представитель ЕС по Южному Кавказу и кризису в Грузии посетит страны региона, в том числе Азербайджан, в ближайшее время. Для европейского спецпредставителя сегодня в регионе изменилось многое.

Можно долго перечислять, что именно, однако в нашей стране поменялось то, что Азербайджан вернул оккупированные территории и подписал меморандум о разработке месторождения «Достлуг» с Туркменистаном. Так что Баку и Брюссель будут говорить на обновленных геополитических и экономических условиях взаимодействия. В интервью # политолог Ахмед Алили ответил на вопросы, которые сейчас стоят на двусторонней повестке в сфере сотрудничества между Азербайджаном и ЕС.

— Как сегодня можно охарактеризовать отношения между Азербайджаном и ЕС? Особенно в поствоенное время, так как во время войны ЕС и отдельные страны проявили себя не с лучшей стороны в отношении Азербайджана.

 —  Во время войны у ЕС было двоякое отношение: была общеевропейская позиция, которая отвечала интересам Азербайджана, а с другой стороны, были позиции отдельных стран, которые отличались от общеевропейской позиции. После завершения горячей фазы конфликта, даже ярые проармянские страны, начали постепенно менять свою позицию и стали более нейтральными, к примеру, Франция.

Сейчас многие европейские компании заинтересованы в том, чтобы принять участие в разработке проектов, направленных на восстановление освобожденных территорий. Среди европейских стран я бы отметил Великобританию и Италию, которые наиболее дружественно относятся к нашей стране и во время войны придерживались больше справедливой, проазербайджанской позиции, поэтому компании этих стран получают определенные привилегии со стороны Баку. Тем не менее, можно сказать, что те страны, которые во время войны проявили себя не с лучшей стороны, сейчас меняют свою позицию и пытаются наладить контакты.

-Азербайджан подписал меморандум с Туркменистаном о совместной разработке месторождения «Достлуг». Понятно, что все энергоресурсы с этого участка будут реализовываться на рынках Европы, и для ЕС туркменский газ всегда был привлекателен. Как в Европе отреагировали на данное событие? 

— ЕС пока публично не отреагировал на данное событие. Это объясняется тем, что ЕС – это тяжелый бюрократический аппарат, и они очень медленно принимают решения или на что-то реагируют. Однако, через определенное время они по этому поводу обязательно выскажут свое мнение. Нужно учитывать еще один фактор, что пока мы подписали меморандум, а не итоговое соглашение между странами, то есть с юридической точки зрения это не «сильный» документ.

Стороны пока лишь договорились о том, что будут сотрудничать на этом месторождении, и о том, что туркменский газ через Азербайджан поступит на рынки Европы. В Брюсселе понимают всю сложность ситуации вокруг проекта «Северный поток-2», и поэтому им нужно застраховать себя альтернативными проектами, и тут соглашение между Азербайджаном и Туркменистаном открывает новые возможности для Европы.

При этом нужно отметить, что сегодня по всей Европе самый дешевый газ в Италии, которая получает его из Азербайджана. Для ЕС и соседних стран, это весьма показательный пример того, что они могут получить, если  договорятся с Баку и Ашхабадом.

— Летом, когда был назначен новый глава МИД Азербайджана Джейхун Байрамов, а это было после июльской эскалации в Товузе, президент Азербайджана дал поручение новому министру интенсифицировать переговоры с ЕС и как можно быстрее подписать всеобъемлющее соглашение. На какой стадии сейчас переговорный процесс? После войны, мы видели, как отношения по понятным причинам похолодели.

—  В данном соглашении для ЕС важны экономические компоненты, а Баку нужны стратегические. В Брюсселе должны понимать, что насколько бы это не было выгодно для них с экономической точки зрения, для соседей Азербайджана, а именно России и Ирана, данный договор будет рассматриваться как стратегический выбор Азербайджана. В этом плане, Баку требует от Брюсселя определенные стратегические гарантии, что является очень важным вопросом для нашей страны. Тут важно, как европейцы будут отвечать на эти требования азербайджанской стороны.

Сейчас появился еще один вопрос – это миротворцы, которые находятся на территории Азербайджана, и риски, возникающие с ними. К примеру, какой мандат они имеют? Пока никакой. Однако, после подписания заявления от 10 ноября, Азербайджан интенсифицировал переговоры с ЕС в направлении подписания всеобъемлющего соглашения. Сейчас я могу сказать, стороны стали ближе к подписанию этого соглашения, чем это было до войны.

 

 

 

(Пока оценок нет)